Привидения Петербурга. Призрак Академии Художеств

Что рассказывают о привидениях Петербурга в Академии Художеств:

По преданию, однажды случилось неприятное происшествие, которое стоило жизни первому ректору Академии – архитектору Александру Филипповичу Кокоринову. В академию приехала сама императрица Екатерина II. Находясь в заведении, она случайно вымазала свое платье об свежевыкрашенную стену. Естественно, она сделала выговор Кокоринову. Тот не смог этого перенести и той же ночью его нашли повешенным на стропилах под куполом Академии.

Впрочем, официальная версия гласила, что Кокоринов умер от водянки. Но история о его самоубийстве стала одной из легенд о привидениях Петербурга. Тем более что ночью в здании действительно можно услышать странные шумы[1].

На самом деле:

В отлитие от большинства легенд, время появления этой истории можно определить весьма точно: конец 1870 г. Именно тогда в одном из номеров популярного журнала «Нива» появилась одна странная статья[2].

Поясним: журнал «Нива, или Иллюстрированный журнал литературы и современной жизни» пользовался в дореволюционной России огромным успехом. В 1904г. этот журнал получали 275 тысяч подписчиков – цифра очень внушительная для того времени. В журнале не отказывались печататься маститые авторы, Лев Толстой, например. Однако секрет успеха «Нивы», как кажется, именно в том, что этот научно-просветительский журнал удачно балансировал на грани с желтым бульварным чтивом.  «Нива» претендовала на то, чтобы образовывать читателя, но учила она «всему шутя». Например, один из номеров журнала содержал следующие материалы: статья о татаро-монгольском иге, очерк о жизни современной Калифорнии, переводная глава из английской повести о вампирах, а также рассказ «мистер Трик – великий охотник на медведей». В общем, тут и умным себя можно почувствовать, тут и расслабиться не грех; каша невероятная, но увлекательно.

И вот в этом-то журнале в 1870г. появляется серия биографических статей об архитекторе Андрее Кокоринове. Общая мысль такова: был выдающийся русский зодчий, ныне незаслуженно забытый публикой (что, кстати, абсолютная правда: серьезных исследований по Кокоринову до сих пор немного). Сейчас мы эту историческую несправедливость исправим и познакомим публику с ним поближе.

Загадочная статья

В последней статье серии мы находим рассказ о смерти Кокоринова. История печальная: у архитектора, по мысли автора статьи, был какой-то конфликт с Иваном Бецким, министром просвещения и известным деятелем екатерининских времен. Бецкой начал, выражаясь современным языком, «копать» под Кокоринова, и архитектор был обвинен в растратах. Начались проверки; Кокоринова заставляли отчитываться за каждую копеечку. Ну а тот, будучи человеком творческим и, видимо, не со стальными нервами, не выдержал подобного давления. Как написано в статье, он впал в меланхолию, то есть в депрессию. И вот как-то ночью он встает с постели, идет в академию, поднимается на чердак… Утром его тело в петле находит сторож. Так появляется еще одна легенда о привидениях Петербурга.

Насколько все это заслуживает доверия? Сразу скажем, что «Нива» — журнал не академический и не авторитетный, что изначально снижает уровень доверия (ясно ведь, что отношение к статьям в журналах «Известия академии наук» и «Большой прикол», например, будет неодинаковым). Кроме того, автор статьи в «Ниве» неизвестен, она подписана «П.П.», что еще подозрительнее. Но сама статья при этом производит странное впечатление: с одной стороны, в ней отсутствует научный аппарат, то есть,  нет ни одной ссылки на источники, как будто автор сам при всех событиях присутствовал и сам все видел. С другой стороны, читая статью, понимаешь, что П.П., кто бы он ни был, человек подготовленный: с существующими документами по Кокоринову (которых осталось не так много) он явно знаком. А значит, он не может не знать, что согласно официальной версии, никакого самоубийства не было вообще! Действительно, сохранились документы, знакомые всем биографам Кокоринова, из которых следует, что умер архитектор от вполне естественных причин, а именно, от водянки.

И правда, автор не только упоминает об этой версии, но и объясняет, как она возникла. Дело в том, пишет он, что родственники Кокоринова хотели историю с самоубийством «замять». История, действительно, неприятная; к тому же самоубийц, как известно, не хоронят по церковному обряду, а кто пожелает своему родственнику такое погребение? И вот семья Кокоринова обращается к некоему высокопоставленному иерарху (имя его не называется); тот входит в их положение и распоряжается устроить архитектору достойные похороны, а в бумагах написать, что умер он от водянки (тем более, что болезнью этой он действительно страдал, ну и Бог с ним…)

Может – да, а может – нет…

Итак, вернемся к вопросу: насколько мы можем всему этому верить? Ответ таков: скорее нет, чем да. В принципе, в рассказанной истории нет ничего невероятного. С другой стороны, автор загадочной статьи не приводит никаких доказательств, не раскрывает ни своих источников, ни собственного имени, а значит, проверить достоверность его рассказа не представляется возможным. Учитывая же характер издания, а также то, что рассказ вступает в противоречие с официальными документами, «градус доверия» становится совсем низким.

Механика мифотворчества

А вот что действительно интересно, так это то, что история о Кокоринове – прекрасный пример легенды искусственной, порожденной СМИ. Причем порожденной дважды: сначала в 1870г. неизвестный журналист запускает ее «в оборот». Со временем она забывается; но в наше время ее воскрешает Синдаловский, известный собиратель городского фольклора. Причем Синдаловский повышает статус истории, представляя ее как «старинную петербургскую легенду», а не как газетную утку всего лишь столетней давности.  Затем все экскурсоводы, прочитавшие Синдаловского, начинают рассказывать эту историю, а их слушатели, разъезжаясь из Петербурга, разносят ее по миру. В итоге легенда о привидении Кокоринова в Петербурге становится массовой. П.П. был бы доволен.

Заметим, что в последнее время часто стал встречаться вариант легенды, приведенной в начале главы: Кокоринов вызывает неудовольствие Екатерины IIво время осмотра академии, что и приводит к самоубийству. Источники этой версии установить не удалось, и похоже, что это на сто процентов современное мифотворчество. Хотя интересно, что сюжет «недовольство монарха – самоубийство архитектора» является бродячим, может быть, даже архитипичным. В Петербурге схожую история рассказывают про архитектора Огюста Монферрана и Александра II; в Вене вам расскажут о самоубийстве Эдуарда ван дер Нюля, создателя здания Оперы, который слишком близко к сердцу принял критику императора Франца Иосифа.


[1] Этот вариант и сходные версии мифа можно обнаружить в поисковых системах по запросу «Кокоринов призрак»

[2] Александр Филиппович Кокоринов// Нива. 1870, №52. С. 53-59